Процесс по делу Оюба Титиева в Шалинском суде Чечни подходит к концу

После допроса в общей сложности почти ста свидетелей обвинения и защиты, 19 ноября давал показания сам Титиев. Его позиция была известна с самого начала и не менялась, но некоторые важные детали прозвучали на суде впервые. Титиев подробно рассказал о том как его дважды задерживали 9 января и дважды подбрасывали в машину пакет марихуаны, поскольку в первый раз никто даже не позаботился вызвать понятых и составить протокол; как начальник курчалоевского угрозыска Джабраилов угрожал ему арестом сына, требуя признательных показаний; как тот же Джабраилов потом дважды настойчиво вызывал его из кабинета, где брали анализы с рук (в результате на смывах с ладоней Титиева экспертиза обнаружила следы наркотика, а на срезах ногтей, которые труднее быстро подменить - нет).

Публика в зале очень оживилась, когда Титиев пересказывал подробности неудачной попытки опознания его Басхановым. Басханов - имел в Чечне две судимости по 228 статье и ни одного дня реального лишения свободы. 4 января, когда Титиев приезжал на длинных выходных в офис Мемориала в Грозном, Басханов стоял на лестнице в подъезде и словно бы ждал его. В тот день ничего не произошло, но после ареста Титиева Басханова привели, чтобы тот опознал его как человека, которого он видел курившим марихуану прямо на улице. Опознанию помешало состояние Басханова - у Титиева и у адвоката Заикина сложилось сильное впечатление, что тот был под веществами. Войдя в кабинет, он уперся лбом в стену, потом долго смотрел на Титиева и так ничего и не смог сказать. На Басханове были разбитые ботинки, измазанные штаны и куртка Moncler где-то тысяч за 100.

Впоследствии нашлись люди, сидевшие тогда в январе в серноводском ИВС, по словам которых, Басханова в то время держали там же. Вообще похоже, что его привезли в Курчалой на опознание, одели в куртку опера, чтобы придать немного товарный вид и дали проглотить таблетку, но это все равно не помогло. На следующий день после неудачного опознания, проводивший его следователь был переведен в ранг свидетелей, и на допросе и на очной ставке рассказывал, что это по его небрежности в протокол не попало, что Басханов Титиева на самом деле опознал. У бывшего следователя при этом была гематома на пол-лица.

Самое важное, что 19 ноября сказал Титиев, и что раньше не давали сказать никому из свидетелей-правозащитников, прерывая их и указывая, что "это не относится к делу". О том, что на чеченский Мемориал будет атака, и что целью будет лично Титиев, было известно еще с декабря 2017. Титиев был единственным человеком, с кем родные исчезнувших по "делу 27" соглашались говорить. После жесткого заявления "Лорда" Даудова все, кто занимался этим делом, понимали, что что-то случится. 9 января, в первый рабочий день Титиев собирался объявить сотрудникам Мемориала, что ввиду опасности каждый из них должен подумать о себе, и возможно им стоит уйти. В Грозный он не доехал, его задержали на выезде из Курчалоя, а в мемориальский офис потом действительно подбросили сигареты с марихуаной, хотя так и не решились никому персонально их предъявить. Работа Мемориала и расследование "дела 27" с арестом Титиева приостановились.

Титиев продолжил давать свои показания 20 ноября. В ходе заседания Оюб Титиев рассказал о своей правозащитной работе в Чечне, о поступавших ему угрозах и враждебных акциях, о предпринятых мерах безопасности. Он отметил, что в условиях постоянного давления со строны местных властей было бы глупо возить в автомобиле наркотики и припомнил два эпизода расправы посредством подброса наркотиков с критиками режима Русланом Кутаевым и Жалауди Гериевым.

В заседании объявлен перерыв до 26 ноября